Русские имена в французской кухне

Главное правило питания в зарубежных ресторанах — ни при каких обстоятельствах, даже если вы близки к голодному обмороку или вас настигла лютая тоска по родине, не заказывайте русские блюда. Особенно в заведениях, которые специализируются на французской кухне. Это не только ужасно на вкус, но и небезопасно. При всём уважении к мастерству и выверенному веками технологическому процессу, любые попытки приготовить что-нибудь à la russe у этих ребят превращаются в пытку для них самих и отраву для посетителя.

Если уж совсем невмоготу, найдите русский ресторанчик с матрёшками, балалайками и «Владимирским централом», закажите там borsch и pirozhki.

Хотя интерес французов к России у французов существует как минимум с позапрошлого столетия. Ближе к концу XIX века во Франции появилось множество блюд с русскими именами. Связано это в первую очередь с политической ситуацией — мировая война была неизбежна, а Россию воспринимали как союзника. Кроме того, хотелось польстить частенько наезжающим в Париж аристократам, а что ещё важнее — разбогатевшим промышленникам.

Телятина имени графа Орлова, прототип нашего любимого русско-советского «мяса по-французски», названа в честь фаворита русской императрицы и подавалась с этаким эротическим подтекстом — как блюдо неутомимого любовника.

Имя Багратиона в французском меню, как ни странно, связано не с великим полководцем, а с его вдовой, которая вела активную светскую жизнь в Париже. В честь неё названы суп-лапша и салат с артишоками. Ничего русского и грузинского, разумеется, там не было и нет. Сейчас эта история немного подзабыта, и считается, что эти блюда носят имя Петра Ивановича. Но мы-то знаем…

Точно так и Demidoff — не известный промышленник, а его родственник Анатолий Николаевич, последний наследник рода Демидовых, транжиривший несметные богатства по Европам. В честь щедрого Демидова названо аж несколько классических французских блюд из курицы.

Именем Скобелева назвали обычные биточки со сметаной, которые вроде как любил лихой генерал. Что ж, вполне может быть. Только помним, что биточки могут быть странными, а сметану, бывает, заменяют взбитыми сливками.

А Александру Васильевичу Суворову совсем не повезло. Мало того, что французы его имя исковеркали, блюдо назвали Pheasant Souvaroff, так оно ничего общего с образом генералиссимуса не имеет. Какой фазан?! Все знают, каким неприхотливым был полководец, его еда — каша, щи да хлеб, и в очень умеренных количествах. А ещё есть и печенье Сувароафф. Вот это действительно обидно.

Возможно, найдутся и другие русские имена в французском меню. Французы частенько называют еду в честь людей о которых что-то слышали, и чем знаменитей, тем лучше. Успокаивает лишь то, что в этих блюдах нет стремления постичь русскую кухню, они с типично местным характером. Курица или любая другая птица, густой соус, трюфели и что-нибудь ещё — ничего такого сверхъестественного. Что ж, кулинарный бог им судья.

Дюк Митягов

Московский журналист, сценарист и фотограф. Автор книги «Европа. Кулинарный путеводитель» и публикаций о путешествиях и гастрономических традициях разных стран.

Читайте также:

Добавить комментарий